Онлайн займ на карту
ЕЩЁ НОВОСТИ

Как сберечь средний класс

«Крах ожидает российский средний класс, если экономический кризис продлится два-три года и если власти будут действовать так же неэффективно, как сейчас», – уверен руководитель Центра социальной политики Института экономики РАН доктор экономических наук Евгений ГОНТМАХЕР. Он считает, что не только средний класс, но и вся страна подходит к критическому рубежу, к принципиальной исторической развилке. И от выбора дальнейшего пути зависят не только темпы развития, но и более важный вопрос: сохранится ли Россия как суверенное государство?

Что касается сегодняшней ситуации, то, по мнению моего собеседника, она у нас далека от благополучной. Лавина увольнений, захлестнувшая Россию в последние месяцы, достигла очередного пика в декабре, когда численность безработных увеличилась на полмиллиона человек. В США подобные обвалы расцениваются обществом, прессой как чрезвычайно тревожные. А у нас высокопоставленные министерские чиновники публично призывают «не драматизировать ситуацию». Министр здравоохранения и социального развития Татьяна Голикова минувшей осенью вообще не прогнозировала широкомасштабных сокращений. «До нового года, – заявила она, – массовых увольнений в крупных секторах не будет». По ее мнению, всего из-за кризиса может быть уволено менее 10% работающих. Мол, не так уж и много. Не много? Хотелось бы напомнить министру, что 10% работающих – это 6,9 млн. граждан. Неужели такие масштабы сокращений кадров не являются массовым всплеском?!

 

Такого не было за всю историю новой России

Удивительным кажется спокойствие чиновников. Ну как же не драматизировать ситуацию? «Наоборот, надо бить в набат, во все колокола», – считает Гонтмахер. Ведь полмиллиона новых «лишних» людей, появившихся на рынке труда всего за один месяц, как и достигшая 6 млн. армия безработных, – это, по сути, громкий сигнал национального бедствия. Такой же масштабный обвал на рынке труда в течение месяца произошел и в ноябре 1998-го – после разразившегося тогда финансового кризиса. Он, как мы помним, стал потрясением для страны. Понятно, и нынешние массовые сокращения наносят тяжелейший удар по миллионам российских семей. Вот почему эта проблема должна быть постоянно в фокусе внимания общества, властных структур, политиков. А у нас все наоборот. Чиновники стремятся ограничить или вовсе «закрыть» неприятную информацию. В большинстве отраслей эти данные, по сути, засекречены.

Впрочем, картина в общероссийском масштабе доступна для анализа благодаря ежемесячным публикациям Федеральной службы государственной статистики. Как следует из материалов, пока не засекреченных, маховик безработицы раскручивается стремительно.

 

Численность безработных в России (млн. человек, по материалам Росстата)

2008 год

февраль

5,3

март

4,9

апрель

4,5

май

4,1

июнь

4,2

июль

4,3

август

4,5

сентябрь

4,7

октябрь

5

ноябрь

5,3

декабрь

5,8

2009 год

январь

6,1

 

Итак, в мае прошлого года безработных россиян было 4,1 млн., а сейчас больше в полтора раза – 6,1 млн. Это, между прочим, 8,1% экономически активного населения. Такой же уровень и в США – эпицентре мирового кризиса. Заметим: безработными считаются не все, оказавшиеся без дела, а только те, кто не имеет занятия, но активно его ищет (методология Международной организации труда). Характерно, что в России лишь треть из упомянутых шести с лишним миллионов безработных состоят на учете в службах занятости. А официальный статус безработного имеют еще меньше – 1,7 млн. человек.

Почему же миллионы оказавшихся за воротами не приходят в службу занятости? Да потому, что не надеются на реальную помощь. Сами пытаются устроиться, подыскать себе место. Но дела, видимо, стали идти совсем плохо. Потому что в минувшем январе поток обращающихся на биржи труда резко увеличился. За месяц официальный статус безработного получили 352 тыс. граждан. Это абсолютный и весьма печальный рекорд: такого не было за всю историю новой России, в том числе и после тяжелого августовского кризиса 1998-го.

 

«Середняк» терпит бедствие

Массовые сокращения не могли обойти и средний класс. Впрочем, вначале под раздачу попали не «середняки», а представители не столь уж значимых, а порой просто бесполезных конторских служащих. Численность этого офисного планктона была явно избыточной, зарплата – высокой, а КПД – мизерным или даже нулевым. Так что санация в этом сегменте давно назрела. Но затем масштабный пресс безработицы стал выталкивать на улицу толковых, высококвалифицированныхспециалистов консалтинговых, маркетинговых фирм (резко снизился объем заказов на исследования), а также опытных управленцев, менеджеров, занятых в строительстве, торговле, финансовой сфере, промышленности…

Например, известная компания, занимающаяся внедрением современных технологий управления, автоматизацией производства, поставками оборудования, уволила сразу более половины сотрудников, многие из которых – представители среднего класса. Но вот вопрос: сколько всего высокооплачиваемых «белых воротничков» оказалось за воротами? Точных цифр нет, однако интересные данные получены в ходе недавнего исследования, с которым редакцию ознакомили социологи Левада-Центра. Обеспеченным гражданам, которые без труда могут приобретать товары длительного пользования, задавали вопрос о возможности их увольнения в ближайшее время. Понятно, не всех респондентов можно отнести к среднему классу. Выборка включает и тех, кто «середняком», строго говоря, не является. Тем не менее представление о масштабах сокращений полученные ответы дают.

 

Если говорить о вас и о членах вашей семьи, проживающих вместе с вами, ожидаете ли вы сейчас увольнений?

Варианты ответов

Ответы граждан из обеспеченных слоев населения

 

Октябрь 2008 г.

Ноябрь 2008 г.

Декабрь 2008 г.

Февраль 2009 г.

Это уже происходит

7

14

18

25

Это может случиться в ближайшие недели

7

13

9

3

Это может случиться в ближайшие месяцы

16

15

17

14

Думаю, что в ближайшее время этого не случится

53

38

39

45

Затруднились ответить

11

14

9

13

Не подходит: никто из членов семьи в последнее время не работал (имели другие доходы)

7

7

8

1

 

Среди обеспеченных граждан увольнения затронули к концу февраля уже каждую четвертую семью. Отметим также и лавинообразное нарастание масштабов этого бедствия: с октября 2008-го численность попавших под сокращение увеличилась в три с половиной раза. Причем еще 17% опрошенных заявили, что могут быть уволены в ближайшие недели или месяцы.

Ведущий специалист другого социологического центра – фонда «Общественное мнение» Екатерина Шумакова сообщила в интервью журналу «Экономическая безопасность», что, судя по опросам ФОМ, доля безработных среди населения с доходами выше средних увеличилась с июня в пять раз. Вот такие темпы…

Выводы социологов подтверждают специалисты, изучающие рынок труда. «Сокращения прошли заметные, – говорит Сергей Воробьев, председатель совета директоров компании Word Howell International, занимающейся по заказам фирм поиском, подбором, адаптацией менеджеров высшего и среднего управленческого звена. – По нашему прогнозу с сентября прошлого года и по декабрь нынешнего увольнения «белых воротничков» могут составить 25–50%».

Ситуация серьезная. Особенно с учетом того, что в России средний класс, справедливо считающийся опорой общества, только начал выходить из младенческого возраста, делал первые шаги. Исследования Всероссийского центра уровня жизни показали: к «середнякам» в прошлом году можно было отнести только 11% населения, то есть 15 млн. граждан. Из них, по оценкам других экспертов, трудились в различных сферах экономики 7–8 млн. Если, используя результаты социологических исследований, произвести несложные расчеты, то получается, что работы лишились за минувшие полгода сотни тысяч высококвалифицированных специалистов. С учетом членов семей можно говорить о том, что 10% среднего класса уже оказались за бортом.

– Это только начало, – предупреждает Евгений Гонтмахер. – Первая волна увольнений выбросила на улицу рабочих, специалистов, управленцев, а также занятых в малом бизнесе. Поддавшись панике, не уверенные в завтрашнем дне, работодатели нередко рубили с плеча, закрывали целые департаменты, заставляя сотрудников писать заявления «по собственному желанию». Но в начале года наиболее ретивые начальники опомнились. Выяснилось: работать-то некому. И кое-где начали возвращать наиболее ценных сотрудников. Некоторые аналитики поспешили заявить, что, мол, тяжелый период увольнений завершился и наступило «время собирать камни». Думаю, однако, что этот оптимизм преждевременный. В нынешнем году будет по крайней мере еще две волны сокращений. И к декабрю общая численность безработных достигнет 10 млн. по оптимистическому сценарию и 12 млн. – по пессимистическому.

 

Разрушение опоры общества будет иметь драматические последствия

– А что ожидает средний класс?

– По оценкам, лишатся работы к концу года примерно 25% «середняков» – около 2 млн. человек. Вместе с членами семей получается 4 млн. Кто-то из них сможет пережить трудные времена благодаря накоплениям, а кому-то будет худо. Примерно у пятой части представителей среднего класса имеются сбережения, достаточные, чтобы прожить на них не менее года (опрос Института социологии РАН). Но четверть семей завязли в долгах – это невыплаченные кредиты банкам и на работе. У них ситуация весьма сложная. Как бы то ни было, потери среднего класса в нынешнем году будут ощутимыми, однако до полного краха дело не дойдет. А вот продержаться на плаву два, а тем более три кризисных года большинство «середняков» не сможет. Разрушение опоры общества будет иметь далеко идущие и весьма драматические последствия.

 

– Неужели настолько опасен временный уход со сцены среднего класса? Известно, что по мере оживления экономики этот класс возрождается, ибо представители его обладают предприимчивостью, высокими адаптационными возможностями. Так было и после августовского обвала 1998-го…

– Это сравнение, на мой взгляд, неправомерно. Тогда, в 1998-м, произошел классический финансово-экономический срыв. Он не имел политического контекста. Конечно, власти допустили немало ошибок (чего стоит одна лишь пирамида ГКО), однако предпосылки для восстановления и быстрого развития экономики после прошедшей грозы были налицо. Бизнес чувствовал себя вполне комфортно в благоприятной среде. А ослабленный рубль создавал нашим предприятиям конкурентные преимущества на мировом рынке.

Сегодня все иначе. Прежде всего, нет у нас благоприятного климата для бизнеса. Удушающая атмосфера коррупции, протекционизма, незащищенности. Ни свободы, ни гарантий прав собственности, ни надежд найти справедливость в судах. Малый бизнес организовать очень сложно, а порой и просто невозможно, потому что местные чиновники обирают до нитки. И нынешний кризис не столько финансовый, сколько кризис управления. В таких условиях быстрое возрождение среднего класса окажется очень трудным.

Но это не все. Кардинально будет меняться ситуация на мировом рынке, структура спроса. Благодаря использованию энергосберегающих технологий, альтернативных источников энергии, потеплению климата и ряду других факторов существенно сократится спрос на нефть и газ – на наши главные импортные товары. Развитие нанотехнологий, появление принципиально новых направлений по-иному структурируют мировую экономику. И вот к этому вызову наша страна может оказаться совершенно неготовой. Если мы и дальше будем зависеть от сырьевой иглы, то экономика, а значит, и социальная сфера начнут стремительно деградировать. Кто же нас тогда будет кормить? Я читал недавно прогностические сценарии, описывающие негативные последствия такого развития событий. Авторы рассматривали возможность в том числе и распада страны. Так что уместно сравнивать нынешние события не с 1998-м, а с 1991 годом. Тогда стоял вопрос о сохранении Советского Союза, сейчас – о сохранении России.

 

Худший вид социального протеста – деградация

– Вопрос «Кто нас будет кормить?» звучит так, будто наша страна – Зимбабве с полуграмотным населением…

– В России, конечно же, не полуграмотное население, тут и спорить не о чем. Но исследователей чрезвычайно беспокоит другое – инертность, апатия, усталость, угасание жизненной энергии у многих граждан. При этом еще и резко ухудшается квалификация, рабочие качества человеческого капитала. А с исчезновением большей части среднего класса ситуация приблизится к критической.

Что же касается массовых настроений в обществе, то оптимистов у нас, к сожалению, не так уж много. 60% россиян, по данным Левада-Центра, не чувствуют уверенности в завтрашнем дне. Две трети граждан боятся бедности, нищеты. Почти половина населения (42%) испытывает раздражение, напряжение, тоску. Наконец, каждый третий считает, что его время «уже ушло». На вопрос «Вы согласны или не согласны с тем, что высшие государственные чиновники пользуются сейчас в России неограниченной властью; что хотят, то и делают?» абсолютное большинство граждан (83%) ответили «Да, скорее согласен» или «Полностью согласен». Казалось бы, почти все понимают ненормальность ситуации. Однако они же считают, что сделать ничего нельзя. Только 4% опрошенных заявили, что жители страны в значительной мере могут повлиять на то, что происходит.

Острейшей проблемой стала алкоголизация населения. На селе народ откровенно спивается, да и в городе «потребляют» немеренно. Вот вам худший вид социального протеста – деградация. Многим нашим гражданам вообще ничего не надо. День прошел, и слава богу. А многие толковые молодые ребята ищут возможность уехать за границу. Не сомневаюсь: как только мировой кризис пойдет на спад, зарубежные научные центры, фирмы начнут в нашей стране настоящую охоту за головами. Новая экономика потребует притока квалифицированных кадров. А что будет в России? Не окажемся ли мы в недалеком будущем среди отсталых стран? Вот что я имею в виду, говоря об исторической развилке…

 

Власть бессильна что-то изменить?

– Вы критикуете властные структуры за недостаточную эффективность антикризисных мер, но ведь делается немало. Например, принято решение освободить малый бизнес на целый год от всяческих проверок…

– Принимается немало хороших решений, но, увы, многие из них остаются на бумаге. Вот в чем наша большая беда. Несмотря на то что, казалось бы, выстроена жесткая вертикаль власти, в действительности последнее слово не за правительством или президентом, а за чиновниками. Именно они правят бал. Достаточно вспомнить, как с треском провалилась громко объявленная «дачная амнистия». Или вот быстрая регистрация малого бизнеса в одном окне. Покажите мне, где это волшебное окно? Все больше деловых людей, насколько я знаю, подумывают сегодня о том, чтобы перебраться за границу. Почему? Ведь там тоже кризис. «За рубежом я буду по крайней мере уверен в том, что никто у меня не отберет незаконно бизнес. В России же, думаю, кризис начнет все сильнее подталкивать к этому и чиновников, и близких к ним оборотистых ловкачей», – откровенно сказал мне владелец вполне успешной компании.

 

– То есть власть, по сути, бессильна что-то изменить?

– На самом деле это вопрос политической воли. Знаете, при ее наличии все возможно. Вот представьте, что в одном, другом, третьем регионах проводятся широко освещаемые прессой выездные судебные заседания. Жестко наказывают тех чиновников, которые мешали малому бизнесу. Государство провозглашает: предприниматель – главная движущая сила в стране, ему будет обеспечена всемерная поддержка. На это нацелена и налоговая политика, и льготы при аренде помещений. А еще обеспечим юридическую, организационную помощь начинающим свое дело. Как думаете, изменится предпринимательский климат в стране?

Нам требуется много эффективных бизнес-инкубаторов. Хорошо бы также открыть школы малого бизнеса (они прекрасно зарекомендовали себя в свое время в Северной Италии). Должен быть принят и специальный жесткий закон о свободе предпринимательства. Словом, проблема вполне решаема. И действовать надо решительно и очень быстро. Времени практически не осталось. Если в течение нескольких месяцев, максимум до конца нынешнего года государство не сумеет добиться освобождения предпринимательской инициативы, то на исторической развилке, о которой шла речь, мы выйдем на дорогу, ведущую в тупик. Она может привести к деградации и развалу экономики уже в 2011 году…

 

– Как быть с армией безработных, которая, возможно, увеличится до 10–12 млн. человек?

– Начать нужно с тщательно продуманных программ по привлечению россиян, оставшихся без работы, в малый бизнес и аграрную сферу. Организовать подготовку квалифицированных кадров. Обучение, разумеется, бесплатное. Сегодня эффективность переподготовки весьма низкая. Деньги здесь осваиваются немалые,
а отдача с гулькин нос. На самом деле надо готовить кадры под конкретные рабочие места, которые должны создаваться при содействии федеральных, региональных и муниципальных органов в средних и малых городах, на селе, в промышленных центрах. Задача властей – позаботиться о бесплатном выделении офисов, земли, о прокладке инженерных коммуникаций, передаче в лизинг оборудования…

Что касается среднего класса, то для сохранения ценных кадров стоит подумать, например, о государственных заказах тем фирмам, предприятиям, которые оказались в наиболее трудном положении не по своей вине. Есть много и других предложений, но большинство из них пока не востребовано. Для того и нужна комплексная программа, крутой разворот государства в сторону свободной инициативы, чтобы мы смогли адекватно ответить на вызовы времени.

 

– Почему вы особо выделяете аграрный сектор?

– На мировом рынке, как уже говорилось, грядут серьезные перемены. И чтобы России остаться на нем, необходимо существенно переориентировать наш экспорт. Например, эффективно развивая сельское хозяйство, мы могли бы занять свое место в рыночном сегменте аграрных продуктов. А еще у России неплохие перспективы в сфере туризма и рекреации. Всем этим и многим другим надо заниматься сегодня, потому что завтра может быть поздно.

 

Беседу вел Виталий ГОЛОВАЧЕВ, обозреватель «ЭБ»

Accelerated with Web Optimizer